на главную
 СОДЕРЖАНИЕ:
 
О МАЛЕНЬКИХ ДЛЯ БОЛЬШИХ:
Дети
День делового человека
Грабитель
Вечером
Детвора
Блины Доди
Ресторан
Галочка
Страшный Мальчик
Рассказ для Лягушонка
Красивая женщина
Человек за ширмой
Маня мечтает

ШАЛУНЫ И РОТОЗЕИ:

Предводитель Лохмачев
Индейская хитрость
Преступление
Японская борьба
Деловой мальчик
Сережкин рубль
Синее одеяло
 
Запутанная история
Без елочки
Токарный станок

Уточкин
Спасательные круги
Русские символы
Берегов воспитатель
Лошадиное средство
Семейный очаг
Отец Марьи
Пылесос
Обыкновенная женщина
Инквизиция
В ожидании ужина
О русских капиталистах
Хвост женщины
Деликатные люди

Бритва в киселе
Родители
Соседки
Записки театральной
Волчьи ямы
 
РАССКАЗЫ А.АВЕРЧЕНКО:
 
АВЕРЧЕНКО рассказы 1
 
АВЕРЧЕНКО рассказы 2
 
АВЕРЧЕНКО рассказы 3
 
АВЕРЧЕНКО   сатира 4

 
классика юмор сатира:

 
хармс  рассказы 10
хармс  рассказы 20
хармс  рассказы 30
хармс  рассказы 40
хармс  рассказы 50
хармс  рассказы 60
хармс  рассказы 70
хармс  рассказы 80
хармс  рассказы 90
хармс  рассказы100
хармс  анекдоты
вся проза хармса:
 1      3    4

 
рассказы Зощенко:
 20   40   60   80  100
 
120  140  160  180  200
 
220  240  260  280  300
 
320  340  360  380  400

     
АВЕРЧЕНКО  рассказы
ТЭФФИ      рассказы
ДОРОШЕВИЧ  рассказы
С ЧЁРНЫЙ   рассказы
Д ХАРМС    сборник1
Д ХАРМС    сборник2
ЗОЩЕНКО    сборник
 
Сатирикон история 1
Сатирикон история 2
 
О ГЕНРИ  рассказы 1
О ГЕНРИ  рассказы 2
О ГЕНРИ  рассказы 3
О ГЕНРИ  рассказы 4
О ГЕНРИ  рассказы 5
   
А ЧЕХОВ  рассказы 1
А ЧЕХОВ  рассказы 2
А ЧЕХОВ  рассказы 3
А ЧЕХОВ  рассказы 4
     
сборник рассказов 1
сборник рассказов 2
сборник рассказов 3
сборник рассказов 4
сборник рассказов 5
сборник рассказов 6
 
М Зощенко  детям
Д Хармс    детям
С Чёрный   детям
рассказы детям 1
рассказы детям 2
      

Аверченко рассказы: Русские символы: Полевые работы

 
 читать рассказы Аркадия Аверченко из цикла "Позолоченные пилюли" (1916)
 
Русские символы

В передней прозвонил звонок.

Так как горничную я отпустил, пришлось выйти самому.

Время было позднее, поэтому я, не открывая дверей, спросил как можно громче:

- Кто там?

Какой-то странный, неестественный фальцет пропищал за дверью:

- К вам барышня пришла… Очень хорошенькая! Пожалуйста, откройте.

- Кой черт! Какая барышня?

- Очень хорошенькая! Откройте - будете иметь полное удовольствие.

- Это вы барышня и есть?

Дребезжащий фальцет пропищал:

- Я-а-а!

- Что же вам нужно?

- Откройте - узнаете. Ах, такой приятный кавалер и так капризничает! Хи-хи!

Голос был странный, неестественный.

Я приоткрыл дверь и выглянул в переднюю.

На меня смотрела красная худая рожа разносчика телеграмм.

Кроме него, за дверью никого не было.

- Это вы сейчас говорили со мной? - строго спросил я.

- Так точно. Я.

И устало, с деревянным выражением лица он добавил:

- Примите телеграмму. Распишитесь… Вот тут.

- Это еще что за штуки? - сердито нахмурился я. - Почему вы прямо не сказали, что - телеграмма?

Он с хитрым видом поглядел на меня.

- Как же! Скажи я вам, что телеграмма, так вы бы меня и впустили! Дудки! Я уж к некоторым господам по три раза ходил… Только скажешь: "Телеграмма" - сейчас же они это из-за дверей: "Пошел, пошел вон! Никаких телеграмм нам не надо!"

- Господи! Да почему же?

- Эх, барин! Неужто не смекаете? Да телеграмму-то приносят когда?

- Ну?

- Когда с обыском жандармы али там полиция приходит. Это уж у них так водится: "тук-тук!" - "Кто там?" - "Телеграмма!" Откроют дверь, они и ввалятся. А там уж разбирайся сам - телеграмма или не телеграмма. Так теперь - верите? - ни в один дом не пускают с телеграммой! "Бог с тобой, - говорят. - Знаем мы вас, "телеграфистов"".

Стараясь по возможности быть серьезным, я спросил:

- Так вы всех "барышнями" соблазняете?

- Зачем всех. Мы тоже с понятием… Ежели, скажем, девице депеша, - мы ей мужским голосом что-нибудь этакое скажем; ежели старуха, - очень помогает болонкой за дверью повизжать. Шибко они, старухи, до собак жалостливые… Глядишь, и откроют. Старик идет больше на знакомого, который в карты пришел играть… Замужняя ежели, то уж скажешь: "Ридикюльчик на лестнице нашли - не ваш ли?" Потому, замужние очень ридикюли терять обожают. Кого на что взять. Это тоже понятие нужно иметь.

- Вот ты, братец, и дурак, - рассердился я. - Почему тебе пришло в голову, что я только "барышне" открою. Что ж я, по-твоему, развратник какой, что ли?

Он отпарировал:

- Однако ж, открыли.

- Открыл… я потому, чудак ты человек, и открыл, что было уж очень любопытно: что это за нелепая образина так пищит.

Почтальон с беспокойством взглянул на меня.

- А разве… не похоже?

- Совсем не похоже. Немазаная телега вместо женского голоса.

- Вот горе-то! - искренно огорчился он.

Мне сделалось жаль беднягу. Я похлопал его по плечу и сказал:

- Ничего, не огорчайся. Я тебе дам такой совет: если жандармы говорят "телеграмма", то им не верят и не открывают дверей. Так? А если ты придешь с телеграммой и скажешь: "Обыск!" - тебе тоже не поверят и, конечно, откроют дверь. Понял? Если они притворяются, то и ты притворяйся.

Он сразу повесёлел.

- А ведь и верно, барин. Ну, спасибо. Хе-хе! Здорово удумано: "С обыском"… Открыли дверь, ан это телеграмма. Хо-хо. Мерси вас. Желаем здравствовать.

На другой день, вечером, я опять услышал звонок в передней. Улыбнулся… Вышел в переднюю.

Спросил:

- Кто там?

- С обыском.

"Ага! - усмехнулся я. - Догадался мой приятель- рассыльный".

Открыл дверь…

И передняя сразу наполнилась жандармами, дворниками и понятыми…

- Позвольте, - возмутился я. - Чего ж вы не сказали, что "телеграмма"?! Это обман! Обыкновенно говорите: "Телеграмма!" - а теперь… черт знает что такое! Я протестую.

Жандарм подмигнул мне и рассмеялся.

- Уже несколько дней, как мы оставили прием с "телеграммой". Никто не верит. А на "обыск" с непривычки многие попадаются. Хе-хе!

* * *
Трудно перехитрить жандарма, господа!

Что-то придумает теперь мой друг - бедняга-рассыльный?

Полевые работы

- Это, наконец, черт знает, что такое!! Этому нет границ!!!

И редактор вцепился собственной рукой в собственные волосы.

- Что такое? - поинтересовался я. - Опять что-нибудь по Министерству народного просвещения?

- Да нет…

- Значит, Министерство финансов?

- Да нет же, нет!

- Понимаю. Конечно, Министерство внутренних дел?

- Позвольте… Междугородный телефон, это к чему относится?

- Ведомство почт и телеграфов.

- Ну вот… Чтоб им ни дна ни покрышки!! Представьте себе: опять из Москвы ни звука. Потому что у них там что-то такое случилось - газета должна выходить без московского телефона. О, пррр!.. Вот послушайте: если бы вы были настоящим журналистом - вы бы расследовали причины такого безобразия и довели бы об этом до сведения общества!!

- А что ж вы думаете… Не расследую? И расследую.

- Вот это мило. У них там, говорят, телефонную проволоку воруют.

- Кто ворует?

- Тамошние мужики.

- Нынче же и поеду. Я вам покажу, какой я настоящий журналист!

Было раннее холодное утро, когда я, выйдя на маленькой промежуточной между двумя столицами станции, тихо побрел по направлению к ближайшей деревушке.

Догнал какого-то одинокого мужичка.

- Здорово, дядя!

- Здорово, племянничек. Откудова будешь?

- С самого Питербурху, - отвечал я на прекраснейшем русском языке. - Ну как у вас тут народ… Ничего живет?

- Да будем говорить так, что ничего. Кормимся. Урожай, будем сказать, ничего. Первеющий урожай.

- Цены как на хлеб?

- Да цены средственные. Французские булки, как и допрежь, по пятаку, а сайки по три.

- Я не о том, дядя. Я спрашиваю, как урожай-то продали?

- Урожай-то? Да полтора рубля пуд.

- Это вы насчет ржи говорите?

- Со ржой дешевле. Да только ржи ведь на ней не бывает. Слава богу, оцинкованная.

- Что оцинкованная?

- Да проволока-то. На ней ржи не бывает.

- Фу ты господи! А хлеб-то вы сеете?

- Никак нет. Не балуемся.

Я вгляделся в даль. Несколько мужиков с косами за плечами брели по направлению к нам.

- Что это они?

- Косить идут.

Все представления о сельском хозяйстве зашатались в моем мозгу и перевернулись вверх ногами.

- Косить?! В январе-то?

- А им што ж. Как навесили, так, значит, и готово.

Поселяне между тем с песнями приблизились к нам. Пели, очевидно, старинную местную песню:

Эх ты, проволока -
Д-металлицкая,
Эх, кормилица
Ты мужицкая!..
Срежу я тебя
Со столба долой,
В городу продам -
Парень удалой!..

Увидев меня, все сняли шапки.

- Бог в помощь! - приветливо пожелал я.

- Спасибо на добром слове.

- Работать идете?

- Это уж так, барин.

- Нешто православному человеку возможно без работы. Не лодыри какие, слава тебе господи.

- Косить идете?

- А как же. На Еремином участке еще вчерась проволока взошла.

- Как же вы это делаете?

- Эх, барин, нешто сельских работ не знаешь? Спервоначалу, значит, ямы копают, потом столбы ставят. Мы, конечно, ждем, присматриваемся. А когда, значит, проволока взойдет на столбах, созреет - тут мы ее и косим. Девки в бунты скручивают, парни на подводы грузят, мы в город везем. Дело простое. Сельскохозяйственное.

- Вы бы лучше хлеб сеяли, чем такими "делами" заниматься, - несмело посоветовал я.

- Эва! Нешто можно сравнить. Тут тебе благодать: ни потравы, ни засухи; семян - ни боже мой.

- Замолол, - перебил строгий истовый старик. - Тоже ведь, господин, ежели сравнить с хлебным промыслом, то и наше дело тоже не мед. Перво-наперво у них целую зиму на печи лежи, пироги с морковью жуй. А мы круглый год работай, как окаянные. Да и то нынче такие дела пошли, что цены на проволоку падать стали. Потому весь крещеный народ этим займаться стал.

- А то и еще худшее, - подхватил корявый мужичонка. - Этак иногда по три, по пяти ден проволоку не навешивают. Нешто возможно?

- Это верно: одно безобразие, - поддержал третий мужик. - Нам ведь тоже есть-пить нужно. Выйдешь иногда за околицу на линию, посмотришь - какой тут, к черту, урожай: одни столбы торчат. Пока еще там они соберутся проволоку подвесить…

- А что же ваша администрация смотрит? - спросил я. - Сельские власти за чем смотрят?!

- Аны смотрят.

- Ого! Еще как… Рази от них укроишься. Теперь такое пошло утеснение, что хучь ложись да помирай. Строгости пошли большие.

- От кого?

- Да от начальства.

- Какие же?

- Да промысловое свидетельство требует, чтоб выбирали в управе. На предмет срезки, как говорится, телефонной проволоки.

- Да еще и такие слухи ходят, что будто начальство в аренду будет участки сдавать на срезку. Не слышали, барин? Как в Питербурхе на этот счет?

- Не знаю.

Седой старикашка нагнулся к моему уху и прохрипел:

- А что, не слышно там - супсидии нам не дадут? Больно уж круто приходится.

- А что? Недород?

- Недорез. Народ-то размножается, а линия все одна.

- В Думе там тоже сидят, - ядовито скривившись, заметил чернобородый, - а чего делают - и неизвестно. Хучь бы еще одну линию провели. Все ж таки послободнее было бы.

- Им что! Свое брюхо только набивают, а о крестьянском горбе нешто вспомнят?

- Ну айда, ребята. Что там зря языки чесать. Еще засветло нужно убраться. А то и в бунты не сложим.

И поселяне бодро зашагали к столбам, на которых тонкой, едва заметной паутиной вырисовывались проволочные нити.

Хор грянул, отбивая такт:

Э-эх ты, проволока
Д-металлицкая.
Э-эх, кормилица
Ты мужицкая!..

Солнышко выглянуло из-за сизого облака и осветило трудовую, черноземную, сермяжную Русь. 

................................
© Copyright: Аркадий Аверченко

 


 

   

 
  Читать рассказы Аверченко :: arkadiy averchenko.