на главную
 содержание:
 
СОРНЫЕ ТРАВЫ:
Былое
Под сводом законов
Испытания
Мудрый судья
Виктор Поликарпович
Тихий океан
Человек-зверь
Жвачка
Занзивеев
Новые правила
Записки трупа
Дешевая жизнь
Конец журналиста
Хлопотливая нация
Тяжелое занятие
Национализм
Колокол
Страшное издание
На разных языках
Граждане
Изумительный случай
Гордиев узел
Начальство

Теоретики
Совесть
Гостеприимство
 
РАССКАЗЫ АВЕРЧЕНКО:
История болезни
Русская история
Робинзоны
Бедствие
Невозможное
Путаница
Американцы
Проклятье
Воспоминания о Чехове
Неизлечимые
Без почвы
Мозаика
Четверо
Лекарство
Ложь
Поэт
Лентяй
Специалист
Двойник
Два мира
Еврейский анекдот
Нервы
Большое сердце
Апостол
Душевная драма
Рыцарь индустрии
Страшный человек
Загадка природы
Тайна
Дружба
Граф Калиостро
Незаметный подвиг
Сухая масленица
Магнит
Жена
Два преступления
В зеленой комнате
Анекдоты из жизни
Вино
Аргонавты
Аверченко биография
   
Дебютант
Сплетня
Измена
Друг
Новоселье
Первый дебют
Пьяный
Настоящие парни
Солидное предприятие
В ресторане
Виньетки
Дуэль
Наследственность
Двуличный мальчишка
Чад
Язык
Горничная
Я и мой дядя
Дураки
Мокрица
Граждане
Революционер
Животное
Призвание
Новая история
Сатириконцы
 
Для выздоравливающих
Три визита
Зеркальная душа
Сильные и слабые
Ложное самолюбие
Слепцы
Волчья шуба
Экономия
Мотыльки на свечке
По велению сердца
Опора порядка
Волга
Роскошная жизнь
Святые души
Скептик
Участок
Ничтожная личность
Фабрикант
Алло
Равновесие
Призраки любви
Юмор для дураков
Мопассан
Мексиканец
Женщина в ресторане
Сила красноречия
Экзаменационная
Встреча
Дебютанты
О шпаргалке
Смерть охотника
Смерч
Чёрные дни
Один город
Весёлый старик
Мать
Что им нужно
С корнем
Витязи
Быт
Под лучом смысла
       
классика юмор сатира:

 
хармс  рассказы 10
хармс  рассказы 20
хармс  рассказы 30
хармс  рассказы 40
хармс  рассказы 50
хармс  рассказы 60
хармс  рассказы 70
хармс  рассказы 80
хармс  рассказы 90
хармс  рассказы100
хармс  анекдоты
вся проза хармса:
 1      3    4

 
рассказы Зощенко:
 20   40   60   80  100
 
120  140  160  180  200
 
220  240  260  280  300
 
320  340  360  380  400

     
АВЕРЧЕНКО  рассказы
ТЭФФИ      рассказы
ДОРОШЕВИЧ  рассказы
С ЧЁРНЫЙ   рассказы
Д ХАРМС    сборник1
Д ХАРМС    сборник2
ЗОЩЕНКО    сборник
 
Сатирикон история 1
Сатирикон история 2
 
О ГЕНРИ  рассказы 1
О ГЕНРИ  рассказы 2
О ГЕНРИ  рассказы 3
О ГЕНРИ  рассказы 4
О ГЕНРИ  рассказы 5
   
А ЧЕХОВ  рассказы 1
А ЧЕХОВ  рассказы 2
А ЧЕХОВ  рассказы 3
А ЧЕХОВ  рассказы 4
     
сборник рассказов 1
сборник рассказов 2
сборник рассказов 3
сборник рассказов 4
сборник рассказов 5
сборник рассказов 6
 
М Зощенко  детям
Д Хармс    детям
С Чёрный   детям
рассказы детям 1
рассказы детям 2
      

Аркадий Аверченко: сатира: Жвачка. Последний экипаж 

 
 произведения Аверченко из сатирической книги "Сорные травы" (1914)
 
Жвачка

Однажды на обеде в память Чехова несколько критиков говорили речи. Один сказал:

- Чехов был поэтом сумерек, изобразителем безвольной интеллигенции…

- Браво! - зааплодировали присутствующие.

Другой критик заявил, что и он тоже хочет сказать речь…

Подумав немного, он сказал:

- Изобразитель российских сумерек, Чехов в то же время был певцом интеллигентского безволия.

Третий критик объявил, что если присутствующие ничего не имеют против, то и он готов возложить скромный словесный венок на могилу "певца сумерек".

- Браво!

Критик поклонился и начал:

- В дополнение к прекрасным характеристикам Чехова, сделанным моими коллегами, я скажу, что талант Чехова расцветал в сумерках русской жизни, в которых текла и жизнь безвольной интеллигенции… Да, господа! Чехов, если так можно выразиться, поэт сумерек…

И встал четвертый критик.

- Говоря о Чехове, многие забывают указать на ту внешнюю обстановку, в которой жил великий писатель. Время тогда было серенькое, и это отражалось на героях его произведений. Все они были серенькие, сумеречные, ибо то время было время сумерек, и Чехов был его поэтом. Безвольная, рыхлая интеллигенция того времени нашла в нем своего бытописателя; и, подводя итоги деятельности Чехова, о нем можно выразиться в заключительных словах: "Чехов был настоящим поэтом сумерек, изобразителем безвольной интеллигенции…"

* * *

Я отозвал этого четвертого критика в сторону и спросил:

- Откуда вы узнали, что Чехов был поэтом сумерек?

Он тупо посмотрел на меня.

- Я знаю это из достоверных источников.

- Изумительно! Так-таки - поэт сумерек?

- Ей-богу. И еще - певец безвольной интеллигенции.

- Да?!

Я потихоньку подводил его к открытому по случаю духоты окну и в то же время с интересом говорил:

- Как вы все это ловко и оригинально подмечаете!..

Опершись на подоконник, он сказал:

- Интеллигентское безволие, расцветшее в сумерках чеховск…

Кивая сочувственно головой, я неожиданно схватил его за ноги и выбросил в окно.

Оно находилось на высоте четвертого этажа.

Одним глупым критиком сделалось меньше.

* * *

Это была моя жертва на алтарь прекрасного, чуткого писателя…

Певца сумерек…

Последний экипаж

У Редактора, о котором я хочу рассказать, была красивая молодая жена.

Однажды, сидя у мужа на коленях, жена поцеловала его и тихо сказала:

- Муж! Я хотела бы иметь парочку лошадок и английский экипаж. Это так модно,

Редактор посмотрел, в потолок и задумчиво прошептал:

- Жаль, что вчера меня оштрафовали на тысячу рублей. Хотя это тоже очень модно, но, не будь этой моды, ты имела бы лошадок.

По опыту жена хорошо знала, что всякая мода недолго держится. Поэтому она спросила:

- До каких же пор эта мода будет продолжаться?

- Насчет английского экипажа?

- Нет, не насчет английского экипажа.

- А-а… До законов о печати!

И, видя, что облако грусти окутало лицо жены, Редактор ласково сказал:

- Даю тебе слово, что в первый же день обнародования законов о печати ты получишь свой экипаж и лошадок!

Жена повеселела.

* * *

Однажды жена опять сидела у мужа на коленях и говорила:

- Помнишь, ты пять лет тому назад обещал мне экипаж и лошадок.

- Ну?

- Так эта мода уже прошла. Теперь модно иметь автомобиль.

- Жаль, что вчера я заплатил три тысячи. А то был бы у тебя автомобиль.

Грустное молчание воцарилось в кабинете. Потом жена тихо спросила:

- Ваша мода разве еще держится?

- Держится.

Редактор поцеловал жену в маленькую морщинку, появившуюся недавно около ее потускневших глаз, и пообещал:

- Вот только будут законы о печати - в тот же момент у твоего подъезда загудит хорошенький автомобиль. Так: гу-у-у-у…

Жена попыталась сделать веселое лицо.

* * *

Однажды жена сидела около Редактора на диванчике и грустно говорила:

- Помнишь, старичок, я сидела у тебя на коленях… Это было давно-давно… Так давно, что я еще могла сидеть у тебя на коленях… И ты мне обещал купить автомобиль!

- Память моя стала слабеть… - наморщив брови, прошептал Редактор. - Но я вспоминаю…

- Так ты мне автомобиля теперь ужо не покупай: они вышли из моды. Знаешь, что теперь модно? Хорошенький моноплан! Я вчера видела жену Листопадова. Она полетела на премиленьком моноплане Блерио в гости к Бычковым… Тем самым, что на днях купили биплан Райта…

Поникнув головой, жена робко спросила:

- А ваша мода?

- Держится, - отвечал Редактор, гладя дрожащей костлявой рукой седые кудри жены. - Вот скоро, пишут, будут законы о печати. Тогда уж мы вздохнем свободно. И у моей маленькой женки будет хорошенький, проворненький бипланчик Райтика…

Припав к плечу старого глупого Редактора, жена тихо, беззвучно плакала…

Однажды…

Жена уже не сидела у Редактора на коленях и не сидела около него на диванчике. А она лежала на кровати с печалью смерти на лице и ласково смотрела на друга своей жизни, стоявшего у кровати на дряхлых коленях.

- Помнишь, милый… - слабеющим голосом говорила жена Редактора. - Ты обещал мне купить биплан в тот день, когда будут обнародованы законы о печати?

Муж виновато улыбнулся.

- Что же… Разве они уже вышли из моды, бипланы эти?

- Для меня, пожалуй… Теперь мне не надо ни английского экипажа, ни автомобиля, ни биплана, ни моноплана… Черная с серебром коляска, пара лошадей с черными султанами и несколько важных-преважных факельщиков. Это экипаж, мода на который долго держится.

И, подумав немного, жена спросила деловым тоном:

- На этот экипаж у тебя, надеюсь, найдутся деньги? Сдерживая рыдания, муж отвечал:

- Да… Экономя на папиросах, я собрал для этого триста рублей.

Жена Редактора вздохнула в последний раз и вытянулась.

* * *

- Иван! - говорил Редактор своему слуге. - Если кто меня спросит, скажи, что я пошел в погребальную контору заказывать для барыни погребальный экипаж.

- Слушаю-с! Там в приемной ждет околоточный с постановлением…

- С каким? - радостно спросил Редактор. - Неужели он принес известие о введении законов о печати?!

- Нет. У него есть постановление на триста рублей без замены арестом.

Привычным жестом полез Редактор в боковой карман и вынул три сотенных бумажки.

Душевная драма Феди Зубрякина

Это случилось в купе вагона железной дороги. Новый курский депутат Пуришкевич купил себе место в вагоне, но оно ему не понравилось.

Тогда Пуришкевич стал искать места получше. Ему понравилось место барона Клодта. Спрятавшись за дверью, Пуришкевич устерег момент, когда барон Клодт отлучился куда-то, - выскочил из-за двери, сбросил вещи барона Клодта на пол и улегся на месте барона Клодта.

Вернувшийся барон Клодт был очень огорчен случившимся.

- Виноват, - сказал он. - Вы заняли, вероятно, по ошибке мое место…

По словам газетного корреспондента, Пуришкевич возразил на слова барона Клодта.

Но это возражение было - "песня без слов".

Пуришкевич в ответ на это лег на живот и заболтал ногами.

Это было возражение, к которому барон мог не прислушиваться; это возражение можно было видеть.

Барон позвал кондуктора.

В ответ на просьбу кондуктора, Пуришкевич, снова возразил: заболтал ногами.

Оживленный разговор этот продолжался не долго когда взгляд кондуктора перешел с быстро мелькающих ног на голову пассажира, он всплеснул руками и вскричал:

- Это Пуришкевич! Бежим! Оставим его в покое - Бог с ним.

И оба, подхватив вещи барона, убежали, а Пуришкевич остался лежать на животе, болтая вслух сам с собой ногами.

Этим дело не кончилось.

Маленький второклассник Федя Зубрякин видел все происшедшее и решил, что сама судьба дает ему в руки ключ к счастью и благосостоянию. Он понял, что уменье устраиваться в жизни - вещь простая, и пути к достижению благополучия всецело находятся если не в его руках, то в ногах.

Посмеиваясь, маленький хитрец собрал свои вещи, перенес их в купе первого класса и улегся на бархатный диван.

- Виноват, раздался над ним чей-то голос. - Это мое место. Потрудитесь уступить.

Федя Зубрякин был малый не промах: он лег на живот и заболтал ногами.

- Послушайте! Я вам говорю!..

- "Шалишь, брат", - подумал Федя, и еще больше заболтал ногами.

- Уйдите отсюда, слышите?

Федя болтал ногами.

- Айяяй, укоризненно сказал пассажир. - Такой большой мальчик, а поступает, как маленький поросенок.

- "Говори себе, что хочешь", - внутренне усмехнулся Федя, - "а мое дело правое".

- Подумай! - сказал пассажир. - Ведь ты уже ученик гимназии, а поступаешь, как какой-нибудь дурак!

Федя болтал ногами.

- Нет, это, наконец, невыносимо! Кондуктор!

- Что прикажете? - спросил кондуктор.

- Уберите этого нахала. Он уже не дитя, чтобы болтать ногами, заняв чужое место!

- Эй, мальчик! Уходи-ка отсюда… Это место чужое.

- "И чего они ломаются" - подумал Федя. - "Знают же, что меня с места согнать нельзя!"

- Нечего тут ногами болтать! Уходите! А еще гимназист.

На шум пришли пассажиры соседних купе.

- Что тут случилось?

- Да вот: занял мое место, а когда я прошу его уйти - он болтает ногами.

Сзади кто-то соболезнующе сказал:

- Может, эпилептик?

- Еще что скажете! Просто озорничает, мальчишка.

- Господи! Такая здоровая дубина - лет десять, если не все двенадцать, а ведет себя, как кретин.

- Может, отсталость в развитии? Это бывает.

- Хорошая отсталость: занял чужое место и болтает ногами. Пошел вон!

- "Почему же они не убегают от меня?" - подумал Федя, начиная внутренне сомневаться в правильности занятой им позиции. - "Может быть, я недостаточно быстро болтаю ногами? А ну, попробуем так"…

- Ах, какая дрянь, мальчишка!

- Форменная свинья!

- Такой огромадный мальчишка, а дурак!

- Осел какой-то упрямый.

- Да чего там на него смотреть: тащите за уши, да на пол!

…И вдруг Федя Зубрякин почувствовал себя висящим в воздухе. Кто-то дал ему подзатыльник, кто-то энергично дернул за ухо.

- Так ему! Так этому мальчишке и надо. Чтоб вдругорядь было не повадно.

- Хе-хе!

- Выставили голубчика.

- Ах, нахал! Да и нахал же нынче пошел мальчишка.

- Сущая дрянь.

- Вот она - революция-то!..

Понурившись и еле таща чемоданчик, брел Федя Зубрякин из вагона в вагон.

Уши горели, как уголья, и затылок болел.

А пуще всего болело маленькое доверчивое сердечко, впервые столкнувшееся с несправедливостью взрослых.

- За что? Господи, за что же? - шептали дрожащие от обиды бледные губки ребенка. Мороз крепчал. 
 
* * *
Ты читал(а) произведения Аркадия Аверченко. Его творчество давно стало классикой сатиры и юмора.
А. Аверченко - писатель сатирик юморист, редактор журнала Сатирикон.
В нашу подборку сочинений А. Аверченко вошли произведения из сборника: "Сорные травы" (1914). Сатирическая книга "Сорные травы", выпущена под псевдонимом Фома Опискин в 1914 г. Рассказы и сатирические фельетоны, вошедшие в подборку, не утратили своей актуальности и представляют интерес для современного читателя.
На страницах сайта собраны, все рассказы и произведения из творчества Аркадия Аверченко (читай содержание слева)
Ты всегда можешь читать Аверченко и других классиков сатиры и юмора онлайн.

Спасибо за чтение!

.................................
© Copyright: Аверченко Аркадий

 


 

   

 
  Читать Аркадия Аверченко сатира онлайн : arkadiy averchenko.