Даниил Хармс Фома Бобров и его супруга  хармс КОМЕДИЯ,
Комедия Д Хармса.
д хармс рассказы сценки проза,

НА ГЛАВНУЮ



 Когда я вижу человека

 Я не стал затыкать ушей

 Я родился в камыше

 Одна муха ударила в лоб

Ссора

Пиеса

Фома Бобров

Пётр Михайлович

Григорьев

 Ведите меня








СОДЕРЖАНИЕ


100  РАССКАЗОВ

 
10      20     30      40      50 

  60      70     80      90      100 


АНЕКДОТЫ

стр 1  стр 2  стр 3  стр 4  стр 5

стр 6  стр 7  стр 8  стр 9  стр 10


ПОВЕСТЬ

ПЬЕСА


СТИХИ для ДЕТЕЙ

  10       20      30       40  
 


 
                 Комедия 

Бабушка Боброва (раскладывает пасьянс):

Ну и карта же идет. Все шиворот навыворот! Король. Ну, куда мне его сунуть? Когда нужно, ни одной пятёрки нет. Вот бы сейчас пятерку! Сейчас будет пятерка. Тьфу ты, опять король!

(Швыряет карты на стол с такой силой, что со стола падает фарфоровая вазочка и разбивается)

Бабушка:

Ах! Ах! Батюшки! Вот чортовы карты! (Лезет под стол и собирает осколки) Из этого уж не склеишь. А хорошая вазочка была. Такой больше не достать. Вон ведь куда залетел! (тянется за осколком)

(В комнату входит Бобров)

Бобров:

Бабушка! Что это вы под стол залезли?

Бабушка:

Ну, ладно, ладно. Тебе чего надо?

Бобров:

Да вот, пришел спросить: не найдется ли у вас цибика чая?

Бабушка:

Ну-ка, помоги мне из-под стола вылезти.

Бобров:

Вы что, уронили что-нибудь? Ах, вазочку разбили!

Бабушка (передразнивает):

Ва-азочку разбили?

(Бобров помогает бабушке подняться. Но как только он ее отпустил, бабушка опять села на пол)

Бобров:

Ах, опять сели!

Бабушка:

Села, ну и что же?

Бобров:

Разрешите помочь. (Поднимает бабушку)

Бабушка:

Вот карта плохо шла. Я и так и эдак... Да ты меня за руки не тяни, а возьми под мышки. Всё,, знаешь ли, король за королем. Мне пятерка нужна, а тут всё короли идут.

(Бобров отпускает бабушку, и бабушка опять садится на пол)

Ах!

Бобров:

Господи! Вы опять сели.

Бабушка:

Да что ты пристал: сели да сели! Чего тебе от меня нужно?

Бобров:

Я пришел попросить у вас цибик чая.

Бабушка:

Знаю уж. Говорил уже. Не люблю двадцать раз то же самое выслушивать. Только и знаешь: Ах, опять сели! и цибик чая. Ну, чего смотришь! Подними, говорят тебе.

Бобров (поднимая бабушку):

Я уж вас, разрешите, и в кресло посажу.

Бабушка:

А ты поменьше разговаривай, а лучше поднимай как следует. Я хотела тебе сказать, да чуть не забыла: ведь дверь-то у меня в спальной опять плохо запирается. Верно, ты всё кое-как сделал.

Бобров:

Нет, я скобу на шурупчиках поставил.

Бабушка:

А ты думаешь, я понимаю, что это за скобка да шурупчики. Меня это не касается. Мне надо, чтобы дверь запиралась.

Бобров:

Она потому и не запирается, что шурупчики в древесине не сидят.

Бабушка:

Ну, ладно, ладно, это уж там твое дело. Мне надо только... Ах! (опять садится на пол)

Бобров:

Господи!

Бабушка:

Да ты что, решил меня об пол бросать с умыслом? Издеваться решил? Ах, ты, негодяй. Ну, просто ты негодяй, и лучше уходи!

Бобров:

Да я, бабушка, честное слово, хотел вас на кресло посадить.

Бабушка:

Я тебе что сказала? Чтобы ты уходил вон. А ты чего не уходишь! Ну, чего же ты не уходишь? Ты слышишь? Уходи вон! Ну? Убирайся вон!

(Бобров уходит)

Бабушка:

Вон! Вон! Вон! Убирайся вон! Скажите, какой мерзавец! (Поднимается с пола и садится в кресло) А жена его просто неприличная дама. Дома ходит совершенно голой и даже меня, старуху, не стесняется. Прикроет неприличное место ладонью, так и ходит. А потом этой рукой за обедом хлеб трогает. Просто смотреть противно. Думает, что уж если она молодая да красивая, так уж ей всё можно. А сама, неряха, у себя, где полагается, никогда, как следует, не вымоет. Я, говорит, люблю, чтобы от женщины женщиной пахло! Я, как она придет, так сразу баночку с одеколоном к носу. Может быть, мужчинам это приятно, а меня, уж извините, увольте от этого. Такая бесстыдница! Ходит голой без малейшего стеснения. А когда сидит, то даже ноги, как следует, не сожмет вместе, так что всё напоказ. А там у нее, ну, просто всегда мокро. Так, другой раз, и течет. Скажешь ей: ты бы хоть пошла да вымылась, а она говорит: ну, там не надо часто мыть, и возьмет, платочком просто вытерет. Это ещё хорошо, если платочком, а то и просто рукой. Только еще хуже размажет. Я никогда ей руки не подаю, у нее вечно от рук неприлично пахнет. И грудь у нее неприличная. Правда, очень красивая и упругая, но такая большая, что, по-моему, просто неприлично. Вот уж Фома жену нашел себе! Чем она его окрутила, не понимаю!