на главную
 содержание:
 
Для выздоравливающих
Три визита
Зеркальная душа
Сильные и слабые
Ложное самолюбие
Слепцы
Волчья шуба
Экономия
Мотыльки на свечке
По велению сердца
Опора порядка
Волга
Роскошная жизнь
Святые души
Скептик
Участок
Ничтожная личность
Фабрикант
Алло
Равновесие
Призраки любви
Юмор для дураков
Мопассан

Мексиканец
Женщина в ресторане
Сила красноречия
Экзаменационная
Новогодний тост
Дебютанты
О шпаргалке
Смерть охотника
Смерч
Чёрные дни
Один город
Весёлый старик
Мать
Что им нужно
С корнем
Витязи
Быт
Под лучом смысла
 
История болезни
Русская история
Робинзоны
Бедствие
Невозможное
Путаница
Американцы
Проклятье
Воспоминания о Чехове
Неизлечимые
Без почвы
Мозаика
Четверо
Лекарство
Ложь
Поэт
Лентяй
Специалист
Двойник
Два мира
Еврейский анекдот
Нервы
Большое сердце
Апостол
Душевная драма
Рыцарь индустрии
Страшный человек
Загадка природы
Тайна
Дружба
Граф Калиостро
Незаметный подвиг
Сухая масленица
Магнит
Жена
Два преступления
В зеленой комнате
Анекдоты из жизни
Вино
Аргонавты
Аверченко биография
   
Дебютант
Сплетня
Измена
Друг
Новоселье
Первый дебют
Пьяный
Настоящие парни
Солидное предприятие
В ресторане
Виньетки
Дуэль
Наследственность
Двуличный мальчишка
Чад
Язык
Горничная
Я и мой дядя
Дураки
Мокрица
Граждане
Революционер
Животное
Призвание
Новая история
Сатириконцы
       
классика юмор сатира:

 
хармс  рассказы 10
хармс  рассказы 20
хармс  рассказы 30
хармс  рассказы 40
хармс  рассказы 50
хармс  рассказы 60
хармс  рассказы 70
хармс  рассказы 80
хармс  рассказы 90
хармс  рассказы100
хармс  анекдоты
вся проза хармса:
 1      3    4

 
рассказы Зощенко:
 20   40   60   80  100
 
120  140  160  180  200
 
220  240  260  280  300
 
320  340  360  380  400

     
АВЕРЧЕНКО  рассказы
ТЭФФИ      рассказы
ДОРОШЕВИЧ  рассказы
С ЧЁРНЫЙ   рассказы
Д ХАРМС    сборник1
Д ХАРМС    сборник2
ЗОЩЕНКО    сборник
 
Сатирикон история 1
Сатирикон история 2
 
О ГЕНРИ  рассказы 1
О ГЕНРИ  рассказы 2
О ГЕНРИ  рассказы 3
О ГЕНРИ  рассказы 4
О ГЕНРИ  рассказы 5
   
А ЧЕХОВ  рассказы 1
А ЧЕХОВ  рассказы 2
А ЧЕХОВ  рассказы 3
А ЧЕХОВ  рассказы 4
     
сборник рассказов 1
сборник рассказов 2
сборник рассказов 3
сборник рассказов 4
сборник рассказов 5
сборник рассказов 6
 
М Зощенко  детям
Д Хармс    детям
С Чёрный   детям
рассказы детям 1
рассказы детям 2
      

Аверченко Аркадий рассказы: Один город. Специалисты. Неудачная игра 

 
 тексты рассказов из "юмористической библиотеки Сатирикона" (1914)
 
Один город

I

Считается признаком дурного тона писать о частной жизни лиц, которые еще живы и благополучно существуют на белом свете.

То же самое можно применить и к городам.

Мне бы очень не хотелось поставить в неловкое положение тот небольшой городок, о котором я собираюсь написать. Именно потому, что он еще жив, здоров и ему будет больно читать о себе такие вещи.

Поэтому я полагаю: самое лучшее - не называть его имени. Жители сами догадаются, что речь идет об их городе, и им будет стыдно. Если же жители других городов, которых я не имел в виду, примут все на свой счет, я нисколько не буду смущен… Пусть! На воре шапка горит.

В том городе, о котором я хочу писать и который не назову ни за какие коврижки, мне нужно было пробыть всего один день.

Подъезжая к нему, я лениво поинтересовался у соседа по месту в вагоне: что из себя, в сущности, представляет этот город?

- Скверный городишко… Мог бы быть красивым и интересным, но городская дума сделала из него черт знает что…

- А почему?

Сосед ехидно подмигнул мне:

- Покрали деньги.

- Кто покрал?

- Да члены думы. А первый вор - городской голова… Такого вора, как ихний городской голова, и свет не производил! Не только все деньги из кассы покрал, но даже самую кассу на куски разломал и домой к себе свез.

- А чего же ихняя полиция смотрит?

- Ихняя полиция? Ха-ха!.. Ихняя полиция… В этом городе такая полиция, что с живого и мертвого взятки дерет…

- Ну уж и с мертвого… - усомнился я.

- А ей-богу. Собираются родственники хоронить покойника, а их сейчас за шиворот: "Стой - куда? Хоронить? А разрешение от департамента торговли и мануфактур имеешь?" - "Нет". - "Ну, вот видишь… Давай десять рублей поспектакльного сбору - тогда волоки". И дают.

- Ну, это вы, кажется, слишком…

- Нет, не слишком! Не слишком… С жидов взяли все, что можно было взять. Теперь русских стали ловить. Поймают: "Ты жид?" - "Нет, не жид!" - "Нет, жид". - "Сколько?" - "Десять". - "Подавись!" Всего и разговору.

- Но как же при таких порядках могут существовать жители?

Он опять ехидно подмигнул мне.

- Жители? А вот увидите.

В этот момент поезд подошел к городку, имени которого я упорно не хочу называть… Так как вещей у меня с собой почти не было, я решил до ближайшей гостиницы дойти пешком. Взял ручной сак и пошел.

II

Впереди меня шел человек простоватой наружности и вел энергичную беседу с бабой в платке.

- Да ты говори толком - сколько хочешь?

- Да двадцать же рублей! Слепой, что ли? Чистое золото.

- Мало что чистое! Небось украла - дешево досталось! У меня только десятка и есть - хочешь за десятку?

Я приблизился.

- Да вот спросим у барина, - сказал простоватый человек. - Нешто за краденую вещь можно столько просить?

Баба подозрительно оглянулась на меня и спрятала золотые часы под платок.

Простоватый человек дружелюбно нагнулся ко мне и шепнул:

- Дура баба! А не хотелось бы вещицу выпускать… Часы рублей двести стоют, а она двадцать просит. Десятки только у меня и не хватает… Эх, жалость! - И сказал бабе громко: - Так не отдашь за десять? Ну и шут с тобой.

Он махнул рукой и отошел. А я, оставшись с бабой, решил купить дешевые часы.

- Вот что, сударыня, - сказал я. - Если эти часы действительно ваши и если вы считаете для себя возможным отдать за такую цену…

Я вынул бумажник…

Какой-то человек, видом похожий на дворника, спешно приближался к нам, размахивая руками и крича:

- Постойте! Обождите, господин!.. Вы, верно, приезжий?

- Приезжий, - робко отвечал я.

- Оно и видно. Ах ты, старая ведьма! Пошла вон, пока я тебя в участок не отправил! Ну и жулье же, прости Господи!..

Старая баба запахнулась в платок и испуганно убежала, а мой новый знакомый сострадательно посмотрел на меня и сказал:

- Эх вы! Вот бы и влопались, если бы купили часики. Ведь они медные.

- А как же тот человек сам хотел купить…

- Да он ее муж. Вместе работают, по уговору. О-о… Тут нужно держать ухо востро!

Я горячо поблагодарил своего спасителя, а он добродушно махнул рукой и сказал:

- Ну чего там!.. Вы где думаете остановиться?

- Я… еще не знаю.

- У нас во дворе хорошая гостиница. Чисто и безопасно. А в других гостиницах - не только обворуют, а еще и придушить могут.

Я затрясся от ужаса и еще раз пожал руку моему новому знакомому.

- Пойдем, я вас провожу.

Когда мы вошли в арку под воротами, с нами столкнулся солидный, изящный господин в цилиндре.

Он перевел взгляд с моего провожатого на меня и с неподдельным ужасом всплеснул руками:

- Боже мой! Боже мой! Послушайте, господин… На одну минутку…

Он схватил меня за руку и отвел в темный угол.

- Извините, что я так… не будучи представленным… Вы, конечно, приезжий? Я это вижу. Скажите - не приглашал ли вас этот человек в его "гостиницу" и не сулил ли он вам разных благ?

- Да… А что?

- Мой долг, долг порядочного человека, предупредить вас: знаете ли вы, что вас хотели затащить в гнуснейший притон и, напоив, обобрать, избить и выбросить?

О, я такие сцены наблюдал неоднократно!.. И всегда при участии этого негодяя, который вас поджидает у ворот.

- Господи! - застонал я. - Какой ужас! Кому же после этого верить?..

- Совершенно верно. Для приезжего человека - здесь прямо гибель. Всякая гостиница - клоака…

- Ах! Но что же мне делать?
 
- Если бы мое предложение не показалось вам назойливым… я пригласил бы вас к себе. У меня семейная квартира… Правда, нет той роскоши, как в гостиницах, но моя жена хорошая хозяйка…

- Я не знаю, - горячо воскликнул я, хватая его руку, - чем и отблагодарить вас за такую любезность к почти незнакомому человеку. Спасибо!

- О, не стоит благодарить, - полусмущенно-полусмеясь, покачал головой мой спаситель. - Интеллигентный человек должен помогать интеллигентному человеку. Это как масоны… Не правда ли?

Мы зашагали по улице, и я, чувствуя искреннюю признательность к этому господину, взял его под руку.

На углу двух улиц к нам приблизился молодой, бледный человек в жокейской шапочке, уперся руками в бока и сказал, обращаясь к моему спутнику:

- Здравствуй, карточный шулер Арефьев! Здравствуй, мерзавец Арефьев, обыгравший меня в своем притоне. Что я вижу? Ты поймал приезжего и тянешь его на буксире в свою шулерскую компанию, которую ты выдаешь за свое семейство… По-прежнему ли ты, Арефьев, торгуешь своей любовницей, выдавая ее за жену, и по-прежнему ли ловишь доверчивых простачков вроде этого? Ха-ха-ха!

И бледный человек разразился саркастическим хохотом. Мой спаситель выдернул свою руку из моей и принялся улепетывать вдоль по улице, сопровождаемый свистом и улюлюканьем бледного человека.

- Ах мерзавец… - прошептал он, когда господин в цилиндре скрылся из глаз. - Впрочем, этот город полон негодяями.

Потом бледный господин печально улыбнулся.

- Вероятно, - сказал он, - вы и меня считаете таким же? О, не протестуйте… Вероятно, около вокзала с вами уже пытались проделать фокус с помощью медных часов или подкидки бумажника? И вероятно, вас уже заманивали в какие-нибудь притоны? Я вас понимаю: это город мошенников и поэтому вы должны бы и ко мне отнестись недоверчиво.

III

Он сел на ступеньки подъезда и, опустив бледную голову, тяжело закашлялся.

- Конечно!.. - сказал он, откашлявшись. - Вы вовсе не обязаны верить незнакомому человеку. И у меня нет никаких доказательств в пользу моей порядочности. Но я доволен уж и тем, что вырвал вас из когтей этого негодяя Арефьева! Я не буду приглашать вас ни в гостиницу, ни к себе, но очень прошу вас - не доверяйте и мне! Вы не имеете права доверять мне, неизвестному вам, в городе, где все построено на обмане! Предположим, что я тоже жулик. Но, откровенно говоря, я хотел бы, чтобы вы скорее уехали из этого города!

- Почему? - спросил я.

- Три года тому назад я приехал сюда такой же наивный, доверчивый и простой. Через пять минут я уже был обобран, раздет и вот с тех пор не могу выбраться из этого города, перебиваясь с хлеба на квас. О, ради Бога не доверяйте мне! Но все-таки мой вам совет: проваливайте из этого города.

- Да я приехал, в сущности, по делам…

- Дела? В этом городе? Изумительно!

- Мне нужно устроить сделку с купцом Семипядевым по покупке оптом ста бочек масла и сговориться с адвокатом Бумажкиным по поводу одного взыскания.

- Что?!! Вы… без шуток? Скажу заранее, что они вам сделают: от Семипядева вы действительно получите сто бочек масла, но в бочках вместо масла будут кирпичи, а Бумажкин - взыскать-то он взыщет, но деньги эти немедленно растратит. Вы их и не понюхаете… Господи! Сколько с ними уже было этих примеров!

- Что же мне делать?

- В память того человека, каким я был три года тому назад, - хочу спасти вас. Кажется, ведь в моем предложении нет подвоха - идите сейчас же на вокзал и немедленно уезжайте.

Слова бледного молодого человека заставили меня призадуматься… Действительно, не лучше ли поскорее убраться из города, где все так входят в положение приезжего, хлопочут о нем - и так конкурируют в этом, что приезжий может через час остаться без сапог.

- Так Семипядев и Бумажкин действительно такие? - переспросил я.

- А то какие же! Такие. Что мне за расчет врать вам?

- А вы меня проводите до вокзала?

- Так и быть. Провожу. Если бы вы не подумали, что я способен сейчас же убежать с вашим саком, я попросил бы у вас его донести до вокзала, чтобы облегчить вас. Но вы, конечно, должны подумать, что я такой же, как и другие, что я убегу…

В словах бледного человека слышалась затаенная горечь…

Я вспыхнул, смутился, как школьник, пойманный учителем.

- О, что вы! Как можно говорить так… Чтобы доказать, что я этого не думаю, - нате, возьмите сак… Хотя мне и неловко затруднять вас…

Бледный человек взял сак, покачал печально головой и вдруг бросился опрометью бежать по пустынной улице, стараясь избежать как можно скорее моего растерянного взгляда…

* * *
Когда я брал на вокзале билет, кассир обсчитал меня на двугривенный.

Едучи обратно, я задумался о судьбах этого города, который только и можно встретить на святой Руси…

Как кончит этот город? Плохо кончит.

Будет, вероятно, так: чужестранцы перестанут туда ездить, а, туземцы украдут друг у друга все, что у них было, сдерут один у другого кожу взятками, поборами и обманом, а потом, когда проживут все это, - поумирают с голоду.

Неприятно говорить людям правду в глаза. И меня сначала смущало то, что жители этого города получат книгу с моим рассказом, прочтут и будут чрезвычайно обижены.

Но потом я успокоился. Наверное, ни одна книга с моим рассказом не дойдет до них, так как будет утащена почтовыми чиновниками на ихней же городской почте.

Специалисты

Жизнь помещика Червякова, владельца хутора Большие Блохи, протекала в полной тишине, довольствии и мирных забавах.

Помещик Червяков давно уже собирался заменить свои ежемесячные поездки в уездный город большой поездкой в далекий Петербург, но несколько лет откладывал это героическое решение.

Не так давно помещик Червяков закончил свои дела по хутору Большие Блохи, отслужил молебен и, с замирающим от предвкушения неизведанных чудес сердцем, поехал в столицу.

* * *

Оглушенный шумом и бешеным движением города, Червяков добрался до гостиницы, отдохнул и после обеда решил отправиться к портному заказать сюртук, потому что Червяков прекрасно понимал разницу между Большими Блохами и Петербургом…

На какой-то широкой улице он увидел дом с вывеской: "Портной Хасин" и, не колеблясь, зашел к этому портному.

- Вы и есть портной Хасин? - приветливо спросил Червяков, раскланиваясь.

- А почему нет? - отвечал Хасин.

- Вы бы сшили мне сюртук?

- А почему нет? - отвечал Хасин, с той же интонацией.

Желая сделать приятное такому покладистому человеку, помещик Червяков сказал:

- Очень большой ваш город Санкт-Петербург!

- А почему же, нет? - сказал хозяин, гордо поглядев в окно. - Вам заказ нужно на какой класс?

Червяков немного не понял портного, но подумал и ответил:

- На 2-й класс. Я приехал 2-м классом.

- При чем тут расписание поездов? - возразил Хасин. - Я спрашиваю, на особу какого класса я должен шить форменный мундир?

- Да мне не форменный! С чего вы взяли, что форменный? Простой черный сюртук.

- В таком случае, вы извините меня, если я извинюсь перед вами: это не моя специальность.

Червяков удивился:

- Да ведь вы же портной!

- Ну, что делать?.. Другие бывают и генералы, и министры, а я портной. Тоже, знаете, хлеб.

- Так отчего же вы отказываетесь сшить мне сюртук, если вы портной?

- Видите, есть портной на духовное платье, на светское, на студенческое, а я на чиновническое. Когда имеешь свою специальность, так это, знаете, тоже кусок хлеба с маслом.

- Куда же мне пойти?

- Идите себе к Семенову на Вознесенский. Только Семенов вам сюртук не сошьет. Могу вас успокоить! Он специалист на клоши и именно диагональ…

- Может, еще кто-нибудь есть? - растерянно спросил Червяков.

- Робинсон еще есть, - подумав, ответил Хасин. - И он прекрасно шьет сюртуки.

- Так я и пойду к нему!

- К Робинсону? Не ходите. Он прекрасно шьет сюртуки, но какие? Студенческие. Вашего он и не возьмет. Это не есть его специальность… Можно бы к Куруляйнену, но он только гениальный на брюки. А что такое одни брюки? С ними одними, извините за нескромный вопрос, не обойдешься, бывая в обществах!..

Червяков грустно попрощался со специалистом по чиновническому и пошел домой.

 * * *

На улице к нему подошел неизвестный человек в красном гарусном шарфе и спросил:

- Можно узнать, который час?

- Сделайте ваше такое одолжение! - приветливо сказал помещик Червяков. - В таком громадном городе, как ваш, не знать, который час, - это…

Червяков вынул свои толстые серебряные часы, а неизвестный человек схватил их, оторвал с частью цепочки и бросился бежать.

- Зачем вы взяли мои часы? - закричал Червяков. - Отдайте! Они мне самому нужны.

Он погнался за похитителем, но скоро устал и, увидев постового городового, подбежал к нему.

- Господин городовой! У меня сейчас ограбили часы.

- Ну-у?! - сказал городовой. - Прыткий народ.

И, обернувшись к извозчику, городовой скучающим голосом стал ругать его на чем свет стоит.

- Городовой! - воскликнул Червяков. - Отчего же вы его не догоните?

- Кого? - удивился городовой.

- Да того, который часы у меня отнял!

- А он где у вас отнял?

- Да вот около этого желтого дома, где фотографические карточки выставлены.

- Где карточки? Так это не мне нужно ловить! Это вон того городового попросите, который стоит, видите, вон там! Он в один минут поймает вашего жулика.

Другой городовой, к которому обратился Червяков, изумленно повернул к помещику свое красное лицо и сказал:

- Вас ограбили около того дома? Так тот городовой врет! Там уже начинается его район!

- А он говорит - ваш.

- Там, где карточки выставлены? Правда, до этого окна мои, а там дальше окно уже его. Хотя, видите ли, наша специальность - следить за порядком движения! А ежели вам требуются жулики, то это - сыскное отделение должно. У нас, извините, свое занятие есть.

Червяков вздохнул, кликнул извозчика и поехал в сыскное отделение.

* * *

Сначала он попал в сыскное отделение по политическим делам, и там ему сказали, что жулики - не их специальность.

После долгих поисков Червякову удалось напасть на людей, специальность которых была - жулики и грабители, но толку он не мог добиться никакого.

- Вот вам альбомы, - сказали ему. - Пересмотрите фотографии. Может, узнаете своего жулика.

- Вот, кажемся, похож, - сказал после долгих поисков Червяков.

- Этот? Гм… А что, вы говорите, у вас ограбили?

- Часы.

- Ну, этот никак не мог ограбить у вас часы. Он по специальности взламыватель касс. Может, этот?

- Да и этот как будто похож, - с сомнением сказал Червяков.

- А какие часы у вас ограбили?

- Серебряные.

- Тогда могу вас успокоить. Он чист в вашем деле, как Орлеанская дева! Его специальность - золотые часы и, преимущественно, с репетицией.

Червяков вытер ладонью руки мокрый лоб.

- Извините… Но я не понимаю… Что могло помешать ему ограбить и серебряные часы, если они ему подвернулись под руку?

Начальник сыскного отделения снисходительно улыбнулся.

- Хе-хе! Иван Матвеевич! - обратился он к помощнику. - Вот они предполагают, что Мотька Монокль мог отнять у них серебряные часы… Могло это быть?

- Это было бы неслыханно! - всплеснул руками помощник. - Серебро - вовсе не его специальность! Золото!

- Видите?

Червяков горько улыбнулся.

- Золото? Может, еще и 96-й пробы?

- Ну нет, этого не скажу. Он в этом отношении удивительно неразборчив. Не брезгует и 56-й пробой…

Из сыскного отделения помещик Червяков вышел совсем больной.

* * *

По дороге его била лихорадка… Голова была горячая, и живот сжимали какие-то судороги.

Боясь разболеться без медицинской помощи, Червяков спросил извозчика:

- Нет ли здесь близко больницы!

- Есть. Тамотка, за углом.

- Вези.

С извозчика Червяков еле слез.

- Здравствуйте! - сказал он швейцару. - Можно у вас лечиться?

- Сколько угодно. А где же больная?

- Какая?

- Да роженица. Это больница специально для рожениц.

Значит, мне никак нельзя полечиться?

- Отчего ж… Только ведь с мужчинами такого не приключается. Хо-хо! А иначе - сами посудите! Никак нельзя!..

- Что ж ты, дурак, привез меня в женскую, - выругался Червяков, взбираясь на извозчика. - Ты вези в мужскую больницу.

- Пожалуйте!

Извозчик привез Червякова в больницу, но она оказалась - Калинкинская, и бедный помещик покраснел до слез, когда у него спросили о сорте его болезни.

- Опять ты, братец, напутал! - укоризненно сказал Червяков, выскакивая из ворот больницы. - Здесь черт знает какие болезни лечат!.. Вези уж домой… все равно!

* * *

В номере гостиницы он слег в постель и послал за доктором.

И здесь начался страшный кошмар…

Пришел высокий, сухой врач. Вежливо поздоровался с Червяковым и спросил:

- Нездоровы?

- Да, знаете…

- Пульс вам кто-нибудь пробовал?

- Нет еще. Я думаю, вы…

- Извините, - пожал плечами доктор. - Пульс не моя специальность. Я по носовым!

- Да ведь вы доктор?!

- Имею эту честь…

- Ну вот, у меня судороги в животе и лихорадка… Неужели вы не можете помочь?

- Право, я затрудняюсь…

- Я хорошо заплачу!..

- Гм… Вы говорите, в животе? Сейчас я посмотрю… Может, мы и разберемся. Нет ли у вас перочинного ножа?

- Зачем?

- Я бы распорол живот и посмотрел…

- Вы с ума сошли?! Пороть живот перочинным ножом… Никогда я вам не дамся!

Врач развел руками.

- Я же вам говорю, что я не специалист по желудочным! Бог его знает, как оно делается. Пошлите за Миллером.

Послали за Миллером.

Миллер пришел, внимательно исследовал Червякова и, покачав головой, сказал:

- Ничего не могу сделать…

Червяков побледнел.

- Помру?..

- Нет, но желудок у вас здоров. Боли выше. А я специалист по желудочным!

Миллер послал за доктором, который был специалистом выше желудка, и тот обнадежил Червякова:

- С сердцем неладно!

- Что же такое?..

- Видите ли… Точно я не могу вам сказать… Что-то такое, очевидно, с желудочком. А я, если вы прочли мою визитную карточку, специалист по предсердиям. Как вам известно, сердце имеет два предсердия и два желудочка. О! Если бы у вас болело левое предсердие - я бы совершил с вами чудеса! Гм… А теперь придется приглашать специалиста!

Червяков неожиданно встал на постели, с искаженным от боли лицом, страшный…

- Так вы специалист по предсердиям? И именно по левому? А вы по носовым болезням? По какой специальности: хрящ носа, внутренность или ноздри? И какая ноздря? Правая, левая? Вон отсюда! Чтобы духу вашего не было!

Он позвонил номерному.

- Укладывайте все! Черт с ней, с болезнью! Сегодня же уезжаю в Большие Блохи! Ха-ха! Позовите мне доктора, специалиста по большому пальцу правой руки! Я покажу ему кукиш!!
 
* * *
Приехав в Большие Блохи, Червяков немного оправился от дороги и сейчас же послал за своим кучером старым Филькой.

- Филька! - сказал Червяков. - Захворал я. Можешь выправить?

- А то нет! - удивился Филька. - Выправим.

- Так еще мне сюртук бы сшить.

- Да Господи ты мой… Был бы материал…

- Ружье мне починишь? Чулки свяжешь? Наливку сделаешь?

Филька шмыгнул носом.

- А то нет!

Неудачная игра

Один известный артист любил патетически восклицать при всяком удобном случае: "Сцена - это жизнь!"

Конечно, если бы он занимался игрой в рулетку или служил трактирным поваром, то это восклицание редактировалось бы в последовательном порядке совершенно иначе: в первом случае жизнью оказалась бы рулетка, а во втором - "кухня".

Поэтому я не был удивлен, когда услышал от своего партнера, завзятого шахматного игрока, фразу: "Шахматы - это жизнь!!"

Я возразил ему:

- Шахматы - это вздор!!

Может быть, с моей стороны было неловко делать такое утверждение после того, как я уже несколько лет трачу по 3 часа в день на шахматную игру…

Я давно изучил эту прокопченную табачным дымом, мрачную и самую дальнюю комнату большой кондитерской и все лица, изо дня в день торчавшие здесь за шахматными досками.

В особенности мне примелькалась физиономия господина, сидевшего в настоящую минуту около нас в роли безучастного зрителя.

Я изучил каждую морщинку его изможденного, угрюмого лица, его нескладный, хотя дорогой, костюм и его манеру, ни с кем не играя, часами созерцать чужие ходы, молча, без единого жеста, слова… Я знал, что он никогда не уходил ранее закрытия кондитерской, но этим человеком мало кто интересовался.

Сегодня он "состоял при нас", но мы начали свою беседу, даже не поворачивая из вежливости головы в его сторону, будто перед нами был пустой стул.

- Шахматы - это вздор!!

Мой партнер мягко положил свою руку на мою и сказал примирительным тоном:

- Ведь то, что мы говорим, не спор… Хотите, я сначала докажу, что шахматы - это жизнь, а потом вы можете доказывать противное.

- Ладно! - сказал я упрямо. - Посмотрим!

Газ еще не был зажжен, и ласковый сумрак осеннего дня окутывал нас, смягчая и неясные тени на стенах, и резкие слова.

- Шахматы - это сама жизнь! Вы скажете, что я - поэт, фантазер, но взгляните на дело глубже… Вот мы поставили фигуры в первоначальном порядке. Это - начало жизни. Все стройно, величаво. Королева любовно стоит возле своего супруга. Помните, в Писании: "Жена да прилепится к своему мужу!" Здесь же и весь королевский штат: два щеголеватых офицера-адъютанта, дальше королевская конюшня, а в самом углу скромно поместились ладьи-фрейлины. Но скромны они и незаметны только в начале игры. Потом, как мы увидим, события возводят их на головокружительную высоту… Ну-с, и вот начинается игра! Вы знаете, конечно, что первый обычный ход - это два шага королевской пешки… Первые шаги королевского первенца - дитяти любви королевской четы! Увы! Только этот первенец и называется пешкой короля, потому что другие младенцы этого сорта бывают и от офицеров… Не сама ли это жизнь? И вот игра развивается: на первенца нападает враждебный конь, но его как принца крови защищает конь собственной конюшни, а следующим ходом и офицер. Теперь у короля с одной стороны стоит супруга, а с другой - скромненькая блондиночка-фрейлина. Король не долго раздумывает… если он умный король… Несмотря на силу и титул его супруги, надежда на нее плоха. Она любительница всяких авантюр и уже с пятого хода приготовила себе выход, двинув на один шаг второго своего младенца, тоже принца, но уже не чистой крови, потому что он выдвинут от офицера. Ясно, что эта легкомысленная женщина намерена сейчас выступить на поиски новых приключений! Король в тоске и раздумье. Такое гнусное предательство и ветренность его потрясают. Он стар, и его подагра не позволяет ему сделать более одного шага, а тем более гоняться, сломя голову, за неутомимой королевой. Что необходимо старому королю - это тихая, семейная пристань да покой и защита со стороны преданного существа. Взор его обращается вправо и падает на скромную пухленькую блондиночку-ладью. Король, не раздумывая дальше, приближает фрейлину к себе, потом шагает через нее в угол и думает, что убил сразу двух зайцев: "И мне здесь за этим миленочком спокойнее, да и она будет поближе к супруге. Все-таки, не как-нибудь - фрейлина! Хе-хе-хе."! Смеется старый и не видит, что его ветреная подруга жизни уже выскользнула на простор и только знай поеживается от заигрываний чужих младенцев и офицеров, черных, как жук. Один из них в особенности нахален. Избалованный своей собственной властительницей, высокой, пикантной брюнеткой, он сразу возымел коварные виды и на недальновидную блондинку. По первому абцугу он предлагает ей в подарок вороного коня, но ставит его так неудачно, что королева должна посторониться от удара. Глядь, а другой конь, под пару первому, уже стоит перед ней, раздувая ноздри! Хитрости у ее величества больше, чем ума. Она хочет и коня присвоить, и своего пылкого поклонника-офицера оставить с носом. Ей кажется это простым: стать бок о бок с обоими конями. "Здесь, - думает она, - брюнету не до амуров, нужно одного из коней спасать!" Но лукавый царедворец делает вид, что жертва одного коня для такой обольстительной женщины - плевое дело. Он уступает ей одного и, становясь за спину другого, начинает нашептывать разный любовный вздор. Принявши незаслуженный дар, королева чувствует себя не совсем хорошо. Конь-то принят, но что скажет супруг, княгиня Марья Алексеевна, да и сам обожатель, который едва ли бы сделал такой царский подарок из-за одних прекрасных глаз королевы. В предчувствии чего-то опасного и в смятении королева растерянно приближает к себе одного из младенцев пешек, неизвестно от кого появившегося на доске: так все перепутано! Увы! Это ее губит… Единственный вражеский конь, оставшийся на доске и отделявший ее от пылкого обожателя, вдруг делает нелепый скачок в сторону и объявляет шах королю! Старичок, сумрачно ворча, неохотно отодвигается в самый угол. А его дражайшая половина поднимает взор и вся вспыхивает: перед ней стоит черномазый воин, уже не заставленный вороными конями… Боже!!! Она открыта! "Один его шаг - и я попаду в его объятья! Он очутится в моей клетке! Стыд! Позор!! Ведь это измена мужу… А впрочем, этот сосед такой милый брюнетик… Тем хуже для мужа!" Она ждет, простирая белые руки, но чужестранец, достигши своего, грубо, без церемоний сбрасывает ее за доску и сам нагло становится на ее место. Битва кипит на всем протяжении, а старый вдовец, забывши о государственных делах, рядом с ладьей предается изнеженности нравов… Он не видит, что от вражеской королевы его отделяет только пешка, что на эту пешку косится другой вражеский офицер, он не слышит последнего хрипа его слуг, жертвующих собою, чтобы отстоять своего короля от мата… Все напрасно. Белая пешка тихонько снимается, исчезает, и король в ужасе видит перед собою какое-то чуждое, зловещее существо. "Шах королю!" - звучит как погребальный колокол. Король выдвигается из угла и помещается против чужеземного офицера, уклоняясь от его косого удара. Тот, исполнив чужое поручение, до смысла которого ему нет дела, отходит. Король облегченно вздыхает. Но что это!! Безумие! Громы небесные!! Против него стоит чужая королева, и звучит в его ушах еще более похоронное: "Мат королю!!" Старец беспомощно оглядывается на свою подругу-ладью, в бессмысленной растерянности полагая, что она защитит его по косой линии, но та, как истая помпадурша, видя, что ее повелителю мат, смотрит прямо перед собой, и ее безмятежный взор будто бы с интересом рассматривает фигуру давно знакомой пешки. "Эх, не вовремя и не в ту сторону я рокировался!" - вздыхает король, и с этим последним вздохом отлетает царственная душа от дряхлого, старческого тела… Игра кончена. И побежденные, и победители без церемонии сгребаются властной рукой с доски. Это конец жизни - смерть, которая не щадит ни правых, ни виноватых… Шахматы - это жизнь!..

В комнате зажгли газ.

Улица потухла, шум экипажей стал затихать, и мы молчали несколько минут под впечатлением курьезной импровизация…

- Вы со мной согласны? - неожиданно обратился мой партнер к человеку с измученным лицом, третьему в нашей компании.

Неизвестный поднял свои голубые выцветшие глаза и с какой-то мучительной тоской прошептал:

- Ваша история, вероятно, очень забавна… Но я, простите… ничего не понимаю в шахматах!

Мы оба раскрыли рты и посмотрели на него с удивлением и страхом, как на помешанного.

- Как же так! - возразил, немного оправившись, партнер. - Я вас вижу несколько лет изо дня в день около чужих шахматных досок, внимательно созерцающим игру посетителей, и вы говорите, что решительно ничего не понимаете?! Как хотите, это непостижимо!!

Глаза странного господина наполнились слезами. Он встал и, вынимая из кармана платок, сдавленно прошептал:

- Я здесь бываю уже восемь лет!..

- Но причина?..

- Можете же себе вообразить, какая дрянь моя жена, если я, только чтобы не быть с ней, предпочитаю убивать годы на созерцание игры, совершенно для меня бессмысленной.

Он истерически всхлипнул и, схвативши с подоконника свою шляпу, поспешно вышел на улицу.

Мы помолчали.

Я допил остатки холодного чая и сказал, сладко потянувшись:

- Вот человек, который забыл вовремя рокироваться.

Мой партнер рассеянно обвел глазами пустые столики и равнодушно добавил:

- Или рокировался не в ту сторону. 
 
* * *
Ты читал(а) рассказы Аркадия Аверченко из "Дешевой юмористической библиотеки "Сатирикона"" и "Нового Сатирикона" (1910–1914).
В основном Аверченко писал в жанре сатиры и юмора.
 Много лет прошло, а мы продолжаем улыбаться, когда читаем смешные и остроумные рассказы Аверченко.
Аркадий Аверченко - писатель, редактор журнала Сатирикон; в творчестве ему было подвластно все: от иронии до сатиры, от юмористических историй до политических памфлетов.
На наших страницах собраны, все рассказы и произведения Аркадия Аверченко (содержание слева), тексты которых ты всегда можешь читать онлайн.

Спасибо за чтение!

.................................
© Copyright: Аверченко Аркадий

 


 

   

 
  Читать Аркадия Аверченко онлайн - классика иронии юмора сатиры: arkadiy t averchenko.