на главную
 содержание:
 
Для выздоравливающих
Три визита
Зеркальная душа
Сильные и слабые
Ложное самолюбие
Слепцы
Волчья шуба
Экономия
Мотыльки на свечке
По велению сердца
Опора порядка
 
Волга
Роскошная жизнь
Святые души
Скептик
Участок
Ничтожная личность
Фабрикант
Алло
Равновесие
Призраки любви
Юмор для дураков
Мопассан

Мексиканец
Женщина в ресторане
Сила красноречия
Экзаменационная
Встреча
Дебютанты
О шпаргалке
Смерть охотника
Смерч
Чёрные дни
Один город
Весёлый старик
Мать
Что им нужно
С корнем
Витязи
Быт
Под лучом смысла
 
История болезни
Русская история
Робинзоны
Бедствие
Невозможное
Путаница
Американцы
Проклятье
Воспоминания о Чехове
Неизлечимые
Без почвы
Мозаика
Четверо
Лекарство
Ложь
Поэт
Лентяй
Специалист
Двойник
Два мира
Еврейский анекдот
Нервы
Большое сердце
Апостол
Душевная драма
Рыцарь индустрии
Страшный человек
Загадка природы
Тайна
Дружба
Граф Калиостро
Незаметный подвиг
Сухая масленица
Магнит
Жена
Два преступления
В зеленой комнате
Анекдоты из жизни
Вино
Аргонавты
Аверченко биография
   
Дебютант
Сплетня
Измена
Друг
Новоселье
Первый дебют
Пьяный
Настоящие парни
Солидное предприятие
В ресторане
Виньетки
Дуэль
Наследственность
Двуличный мальчишка
Чад
Язык
Горничная
Я и мой дядя
Дураки
Мокрица
Граждане
Революционер
Животное
Призвание
Новая история
Сатириконцы
       
классика юмор сатира:

 
хармс  рассказы 10
хармс  рассказы 20
хармс  рассказы 30
хармс  рассказы 40
хармс  рассказы 50
хармс  рассказы 60
хармс  рассказы 70
хармс  рассказы 80
хармс  рассказы 90
хармс  рассказы100
хармс  анекдоты
вся проза хармса:
 1      3    4

 
рассказы Зощенко:
 20   40   60   80  100
 
120  140  160  180  200
 
220  240  260  280  300
 
320  340  360  380  400

     
АВЕРЧЕНКО  рассказы
ТЭФФИ      рассказы
ДОРОШЕВИЧ  рассказы
С ЧЁРНЫЙ   рассказы
Д ХАРМС    сборник1
Д ХАРМС    сборник2
ЗОЩЕНКО    сборник
 
Сатирикон история 1
Сатирикон история 2
 
О ГЕНРИ  рассказы 1
О ГЕНРИ  рассказы 2
О ГЕНРИ  рассказы 3
О ГЕНРИ  рассказы 4
О ГЕНРИ  рассказы 5
   
А ЧЕХОВ  рассказы 1
А ЧЕХОВ  рассказы 2
А ЧЕХОВ  рассказы 3
А ЧЕХОВ  рассказы 4
     
сборник рассказов 1
сборник рассказов 2
сборник рассказов 3
сборник рассказов 4
сборник рассказов 5
сборник рассказов 6
 
М Зощенко  детям
Д Хармс    детям
С Чёрный   детям
рассказы детям 1
рассказы детям 2
      

Аверченко Аркадий рассказы: Ложное самолюбие. Душа общества 

 
 тексты рассказов Аверченко из сборника "Рассказы для выздоравливающих" (1912)
 
Ложное самолюбие

- Вы г. А?

- Да. Чем могу быть полезен?

- Я представитель фирмы "Дирк и Голлинс". Конечно, слышали?

Конечно, я не слышал. Но терпеть не могу признаваться в подобных вещах. Наоборот, в таких случаях моя система - полная осведомленность.

- А-а… Как же! Как же!! Ну, как поживает старина Дирк? Попрыгивает?

- О, его уже нет и на свете. Двадцать лет тому назад умер.

- Ну, что вы! Воображаю, как круто приходится теперь несчастному Голлинсу… Наверное, от былой жизнерадостности не осталось и следа?

- Никакого следа, совершенно верно. Двадцать четыре года тому назад он скончался, г. Голлинс.

Я был раздосадован.

- Э, черт возьми! Что же тогда осталось от этой знаменитой фирмы?! От "Дирка и Голлинса"? Вероятно, один только союз "и"…

- Осталась фирма, - внушительно сказал посетитель.

Это был худощавый детина с синими вялыми щеками и такими редкими волосами на голове, что голова эта напоминала подушку для булавок. Глаза его были сухи, руки сухи и обращение сухо-деловое. Нельзя было представить себе этого человека пляшущим, обнимающим женщину или играющим в лапту.

Сюртук висел на его плечах угрюмо-деловыми складками.

- Какое же вы ко мне имеете дело?

Он склонил набок свою розовую подушку для булавок и сказал, пережевывая губами какое-то таинственное съестное:

- Я хочу предложить вам приобрести у нас ротационную машину1.

- Вот как! - удивился я. - Что же вас натолкнуло на эту мысль?

- Как что? Вы печатаете несколько журналов, у вас издательство - вам стыдно не иметь ротационной машины!

Вчера один лошадиный барышник при помощи этих же самых доводов убеждал меня купить пару лошадей:

- У вас несколько журналов, вы имеете издательство - вам стыдно не иметь лошадей.

Но вчерашнее предложение было ясно - мне предлагали лошадей, я от лошадей отказался. Отказался от известных мне домашних животных, четвероногих, однокопытных, служащих человеку для перевозки тяжестей и для катанья. Я знал, что делал.

"Ротационная машина" - я был в совершенном недоумении, - что это за машина и для каких целей служит она человечеству?

- Да… - сказал я. - Я уже давно подумывал об этой машине, но меня берет сомнение: удастся ли мне получить машину хорошего качества?

- Лучше наших машин не найдете!

- Ах, господи! - печально возразил я. - Это все так говорят… А доведись до дела - с этой машиной наплачешься.

- Помилуйте! У нас модель 1902 года!

Я умилился.

- Совсем молоденькая. А как размер… большая она?

- Помилуйте - обыкновенная.

- Так, так…

Я встал, подошел к шкафу, в котором лежал энциклопедический словарь, и стал шарить "рот". "Рот" не было. Сам же я на днях и стащил домой "рот" для выяснения спора с женой о происхождении Ротшильдов.

Вернувшись к столу, я сказал:

- Не изложите ли вы мне преимущества вашего… вашей этой машины. Какова, например, ее работа?

- То есть в час?

- Ну да, в час. Не в год же, в самом деле.

- Она делает в час около 5000.

Меня тянуло спросить: "чего?", - но я не спросил из присущего всем нам ложного самолюбия.

"Не служит ли эта проклятая машина для катанья? - пришло мне в голову. - Вероятно так, если она делает в час столько-то".

Я солидно сказал:

- Вы говорите, что ваша машина делает в час около 5000. Цифра порядочная. Но это - во всякую погоду?

- Помилуйте, - пожал плечами представитель "Дирка и Голлинса". - Вы преувеличенного мнения о нежности наших машин. Погода для нее абсолютно безразлична.

- Вы говорите, она делает 5000 в час в любую погоду. И это при любой дороге?

Ужас и изумление отпечатлелись на его деловом лице. Мне даже показалось, что редкие волосы на его голове, похожие на булавки, воткнутые в подушку, зашевелились.

- Любая дорога? О какой дороге вы толкуете?

- Может быть, я не совсем по-русски выразился, - развязно возразил я. - Мне бы следовало вместо "дороги" сказать "пути". Она дает эти 5000 при любом пути эксплуатации, избранном ее владельцем.

Посетитель, казалось мне, стал терять равновесие.

- При чем тут "любой путь". Я думаю, для ротационной машины путь один! Не будете же вы на ней шить себе платье или рубить котлеты.

(Слава богу! По крайней мере, теперь я знаю, что таинственная машина не предназначена ни для рубки котлет, ни для портняжных работ.)

- Ну-с… Что же вы еще желаете узнать о нашей машине?

Я барахтался в океане растерянности и недоумения. Я тонул и, как всякий утопающий, схватился за первое, что мне пришло в голову.

- Сколько человек она может выдержать? - в отчаянии крикнул я.

 - Вы странный покупатель. Никто из наших прежних покупателей не интересовался ротационной машиной с этой стороны.

- Конечно, - язвительно рассмеялся я. - Ваши предыдущие покупатели принадлежали, вероятно, к тому сорту людей, который покупает кота в мешке. Я не таков, милостивый государь. Я спрашиваю: скольких людей ваша машина выдерживает?

- Но, бог мой! - отчаянно вращая глазами, вскричал представитель машин. - Не будете же вы с вашими друзьями ездить на ротационной машине?

- И не думал, - обидчиво сказал я. - Если я в своем выражении допустил некоторую неточность, красивую аллегорию…

- Виноват, может быть, вы хотите спросить - скольких людей требует наша машина?

- Ну да, конечно! Хотя это не совсем точно, - срезал я его. - Машина не может "требовать".

- Ну, другими словами, за ней требуется уход трех-четырех человек.

- Тремя обойдусь! - нахально заявил я. - Только меня одно смущает: нет ли в вашей машине таких дефектов, которые лишали бы возможности быть ею довольным.

- Вы говорите о ленте? Будьте покойны, главное достоинство наших машин - они почти не рвут ленты.

Я мог перечислить в тот момент десятки предметов, которые во всю мою жизнь не перервали ни одной ленты - и никто не ставил им этого в особую заслугу. Стоило только креслу, или этажерке, или телефонному аппарату не перервать ни одной ленты - и мой собеседник отзывался бы о поведении этих бездушных предметов восторженно. Не было ничего легче, как заслужить расположение этого человека!..

- "Почти", - критически сощурил я глаз. - Почти!.. Мне нужно, чтобы лента совсем не рвалась.

Он развел руками.

- Этого вы не достигнете! Это недостижимый идеал!

- К идеалам, молодой человек, нужно стремиться, - нравоучительно сказал я.

- Наша фирма и стремится. Например, что вы на это скажете: наша машина дает сразу двухцветную форму!

- Кому дает? - бестолково спросил я.

- Вам же! А то кому еще.

Этот ответ окончательно сокрушил меня. Как! Мне предлагают машину, которая должна дать мне какую-то особую форму, да еще двухцветную. Пусть это будет гимнастический аппарат!.. Но почему он дает двухцветную форму? И притом - сразу! Впрочем, аппарат, делающий 5000 в час… От него можно всего ожидать.

- Вы полагаете, - спросил я, колеблясь, - что я особенно гонюсь за двухцветной формой?

- Конечно, полагаю. К этому все стремятся.

- Да? Представьте себе, что я к этому равнодушен. Милосердный Господь создал нас по образу и по подобию своему, и мы должны такими же и оставаться. Я предпочитаю развивать и совершенствовать свои умственные богатства, а не грубую животную силу!

- Пожалуйста! - раздражительно сказал он, пожевывая губами невидимую пищу. - Но предупреждаю вас - на плоских машинах2 далеко не уедете.

- Я вас не пойму, - развел я руками, пораженный. - То вы сомневаетесь, чтобы я мог с друзьями ездить на ротационной машине, а то утверждаете, что на плоских машинах далеко не уедешь. На чем же мне тогда ездить?

- Это дело вашего личного вкуса!.. Но я вижу, что ротационная машина вам не нужна. Прощайте!

- А разве я утверждал противное, - возразил я с тонкой улыбкой. - Всего хорошего. Так старик Дирк отправился к праотцам? Досадно, досадно!

В дверях представитель машин остановился… Обернулся ко мне и сказал:

- Не предложить ли вам хорошенькую "американку"?3

Я вспыхнул до корней волос и принужденно засмеялся.

- Кого?

- "Американку"! Очень хорошая "американка". Вы ее работой будете довольны. Попробуйте, не понравится - заберу обратно.

- Вы и этим делом занимаетесь? - проворчал я, с омерзением глядя на этого разнузданного человека. - Нечего сказать - нравы!

- Что? Может быть, у вас уже есть "американка"? Может быть, и не одна?

- Прощайте, - грубо сказал я. - У меня есть жена, милостивый государь! Нам с вами не о чем больше разговаривать!

Я проклинаю свое ложное самолюбие, которое отравляет мне жизнь. Что стоило бы сразу спросить у моего гостя - какой тип гимнастической машины он называет ротационной машиной?.. Тогда не пропал бы у меня час прекрасного рабочего времени, в течение которого можно было бы написать какуюнибудь действительно хорошую вещь…

Душа общества

Когда вошел в столовую маленький Жорж, супруги очень обрадовались.

- Жоржик! - воскликнул Балтахин. - Душа общества! Очень рад вас видеть…

- Миленький Жоржик! - захлопала в ладоши Елена Ивановна. - Вот-то прелесть, что вы пришли…

Неизвестно почему Балтахин назвал Жоржа душой общества… Наоборот, Жоржик был маленький скромный человек, с вечно потупленным взором и застенчивостью в движениях. Весь он был эластичный, мягкий, деликатный, и, если на румяных устах его появлялась изредка улыбка, он сейчас же и гасил ее, пряча в нависших ярко-рыжих усах.

Его все любили за эту мягкость и деликатность.

Он уселся за стол, придвинул к себе стакан чаю, благожелательно взглянул из-под опущенных век на супругов Балтахиных.

- Вот, Жоржик, - сказал Балтахин. - Мы сейчас беседовали с Леной. Она говорит, что я ревнив, а я утверждаю, что не ревнив. Представьте, ее не переспоришь.

- Ай-я-яй, - покачал головой Жоржик. - Как же это так, Елена Ивановна? Неужели вас не переспорить?

- Да ведь мне же скорей со стороны видно - ревнив он или не ревнив, - засмеялась Елена Ивановна.

- Положим, это верно, - мягко сказал Жоржик. - Действительно, со стороны виднее…

- Со стороны? Да позвольте… Если я в себе чувствую отсутствие ревности, если ее нет - вот, понимаете, - нет! Хоть ты что хочешь делай - нет ее, да и только… Как же меня хотят убедить в таком случае, что она есть?

- Да, - сказал Жоржик, обращаясь к Елене Ивановне. - Как же так можно убеждать человека?

- Он просто не отдает себе отчета!

- Да что вы! Это нехорошо. Разве можно не отдавать себе отчета?

- Кто, я? Я не отдаю себе отчета?

- Можно, - сказала Елена Ивановна.

Жоржик подтвердил:

- Можно.

Балтахин пожал плечами.

- Какая чепуха! Это все равно, если бы у меня не болел зуб, а ты бы стала уверять, что у меня зуб болит… Это ведь одно и то же…

- Конечно, одно и то же, - кивнул головой Жоржик.

- Ну, так вот… Значит, вы, Жоржик, согласны со мной, что ревность, как чувство субъективное, скорее всего может чувствоваться мною - ревнующим или неревнующим, - чем другими…

- Понятно, - задумчиво сказал Жоржик. - Это ясно как день.

- Да ведь он, - обратилась Балтахина к Жоржику, - может думать, что ничего не чувствует, а на самом деле в глубине души будет раздираем муками ревности.

- Да что вы? - покачал головой Жоржик. - Неужели он такой?

- Уверяю вас - такой.

- Это нехорошо, - огорчился Жоржик.

- Ну вот поговорите с этой женщиной, - воскликнул Балтахин. - Она больше меня знает: раздирает меня внутри что-нибудь или нет?..

- В самом деле, - сказал Жоржик. - Откуда вы можете это знать?

- Ах! - нетерпеливо махнул рукой Балтахин. - Женщина всегда останется женщиной!

- Да уж… это так. Эти женщины - действительно… женская логика.

- Ну вот! Ты видишь - почему же Жоржик меня понимает, а ты не можешь понять?..

- Почему? - воскликнула обиженная немного жена. - Да потому, что я тебя уже давно раскусила.

- Ага! - сказал Жоржик. - Значит, вас раскусили? Ишь ты… Его раскусили, а он сидит как ни в чем не бывало.

- Ты? Ты?! Меня раскусила? - воскликнул разгоряченный Балтахин. - Ну, знаешь ли…

- Да уж, знаете ли, - возмущенно вздернул плечами Жоржик. - Это действительно…

- Ты?! Меня?!

- Пожалуйста, без патетических восклицаний… Да! Я тебя раскусила. Ха-ха… Подумаешь, какая загадочная натура… Почему же в таком случае ты не отпустил меня на лето в имение к Кандауровым?

- А-а, батенька, - воскликнул Жоржик. - Так вот оно что? Значит, вы ее не отпустили к Кандауровым?

- Да… представьте себе, Жоржик… Я уверена - он не отпустил меня потому, что туда съезжается на лето много молодежи, студентов. Как вам это нравится?

- Возмутительно, - вздернул плечами Жоржик.

- Ну, скажите вы, человек беспристрастный! Если бы вы были женаты, как он, неужели вы бы не отпустили меня на лето куда-нибудь?

- Что вы! - сказал Жоржик. - За кого вы меня считаете. Конечно бы отпустил.

- Вот вы и поговорите с ней! - стукнул кулаком по столу Балтахин. - Она уверена, что я не отпустил ее, потому что ревную к каким-то молокососам?! Как вам это понравится?

- Кому же это может понравиться? - сочувственно сказал Жоржик. - Нравиться тут нечему.

- Ага! Вот видишь… Это в твоей голове, может быть, студенты занимают какое-нибудь место, а я, матушка моя, человек серьезный!

- Глупо! - раздраженно сказала жена. - Не забывай, что ты говоришь при постороннем человеке.

- Да, действительно… - сказал Жоржик. - Такие вещи при постороннем немножко не того.

- Ну, Жоржик, знаете, если я вижу человека, который говорит идиотские абсурды, - я и при постороннем замечу ему это…

- Спасибо за комплимент, - злобно вскричала Елена Ивановна. - Заслужила… Стоило выходить за такого человека замуж, отдавать ему жизнь…

- А в самом деле? - спросил Жоржик, оживляясь. - Зачем вы это сделали? Охота была…

- Да уж спросите… Клялся меня на руках носить, под золотым колпаком держать…

- Вот тебе… - меланхолически прошептал Жоржик. - То клялся и то и другое сделать, а потом обманул… Ох эти мужья…

 - Выслушайте меня, Жоржик, - крикнул муж, цепляясь за его руки. - Ради бога… Вы должны меня понять. Она, эта вот женщина, говорит, что я клялся на руках ее носить… Да! Может быть, это и было… Но если человек мечтал носить на руках всю жизнь любимое существо, а у него потом на руках оказался мешок с отрубями, как он должен поступить?

- Ясное дело - как, - мужественно, не колеблясь, сказал Жоржик.

- Если я мешок с отрубями, - захлебываясь от слез вскричала жена, - то что же ты такое?! Что он такое, Жоржик?

- Он? - презрительно взглянув на мужа, переспросил Жоржик.

- Да, он… Мужчина… Рыцарь! Способны были бы вы, Жоржик, даже не любя женщину, назвать ее мешком с отрубями?..

- Что вы, что вы!

- А способны были бы вы, Жоржик, - воскликнул Балтахин, - жить бок о бок с нелепой женщиной и выслушивать ежедневно ее благоглупости?..

- Трудновато… - ответил Жоржик. - Это уж, знаете, нужно ангельское терпение…

- Ты вот как говоришь? - сверкая глазами и дрожа от возмущения, воскликнула жена. - Почему же ты в таком случае не разведешься со мной?

- А в самом деле, Владимир Васильич?.. Почему бы…

- Ты спрашиваешь, почему я с тобой не разведусь? Ты меня спрашиваешь - почему? Как вам, Жоржик, понравится этот вопрос?

- Да уж… вопросец…

Жена ударила кулаком по сухарнице.

- А я тебе скажу, почему ты со мной не разведешься… Потому, что через полчаса по уходе Жоржика будешь валяться у меня в ногах и просить прощения!..

- Неужели вы это сделаете? - изумился Жоржик.

- Конечно, сделает! Будет уверять в своей любви, плакать, говорить, что жить без меня не может…

- Однако… поступочки, - пожал плечами Жоржик.

- Што-сс? И вы серьезно думаете, Жоржик, что я это сделаю? Так я тебе скажу, кто ты такая: ты психопатка, больная манией величия!! Неужели вы этого не замечаете?

- Подлец! - крикнула жена и, закрыв лицо носовым платком, выбежала в другую комнату.

- Да… - сказал Жоржик. - Действительно, ваше положение тяжелое. Ну, я пойду домой. До свиданья.

- Всего хорошего, Жоржик. Заходите… Я так рад видеть вас.

- Жо-о-оржик! - донесся из другой комнаты голос Елены Ивановны. - Идите-ка сюда.

- Что прикажете? - спросил Жоржик, входя к ней.

- Ну, Жоржик? Как вы назовете эту жизнь?

- Да как же: ад!

- Можно ужиться с этим слабоумным ипохондриком?

- Ну, уж знаете - это трудно. Не очень-то уживешься тут.

- Могли бы вы поступить так с женой?

- Что вы, что вы, - возразил Жоржик. - Разве можно? Ну, я пойду. Посидел, попил чайку - и баста.

- Заходите, Жоржик! Ради бога. Я так рада вас видеть!!! Вы такой… хороший! Такой сердечный… Вы так откликаетесь.

* * *
Ты читал(а) рассказы для выздоравливающих Аркадия Аверченко.
Аверченко написал много сборников интересных рассказов в жанре сатиры и юмора.
 Много лет прошло, а мы продолжаем улыбаться и удивляться, когда читаем книги Аверченко. Его творчество давно стало классикой русской литературы.
Аркадий Тимофеевич Аверченко - писатель, редактор журнала Сатирикон; в творчестве ему было подвластно все: от иронии до сатиры и сарказма, от юмористических историй до политических памфлетов.
На наших страницах собраны, все рассказы и произведения Аркадия Аверченко (содержание слева), тексты которых ты всегда можешь читать онлайн.

Спасибо за чтение!

.................................
© Copyright: Аверченко Аркадий

 


 

   

 
  Читать рассказы и произведения Аркадия Аверченко онлайн - классика юмора сатиры: arkadiy t averchenko.